Пьесы великого русского драматурга Александра Николаевича Островского уже полтора столетия подряд пользуются заслуженным успехом у отечественных и зарубежных режиссеров. Наиболее известные, программные произведения этого автора – «Гроза», «Лес», «Бесприданница» давно уже существуют в творческом пространстве не только в форме спектаклей, но и в виде экранизаций, мюзиклов, опер, балетных постановок. Однако, если учесть, что творческое наследие Островского исчисляется десятками произведений, то можно предугадать огромные перспективы и для других его пьес, не обладающих статусом культовых, однако более чем актуальных в любое время.

Одна из этих пьес, «Женитьба Белугина», поставлена на большой сцене МХАТа имени Горького. Сюжет этой пьесы развивается вокруг взаимоотношений состоятельного купца Андрея Белугина и обедневшей аристократки Елены Карминной. Белугин желает жениться на ней не только для того, чтобы приобщиться к иному сословию, но потому, что испытывает к девушке нежные чувства, боготворит ее и при этом остро ощущает не только социальную пропасть между ними, но и тот факт, что Елена любит совсем иного человека. «Женитьба Белугина» – это не столько история любви, сколько легенда о завоевании сердца прекрасной, но холодноватой и пустой дамы.

Режиссер постановки – художественный руководитель театра, народная артистка СССР Татьяна Васильевна Доронина. В спектакле заняты Андрей Чубченко, Елена Катышева, Наталья Вихрова, Геннадий Кочкожаров, Лидия Матасова, Максим Дахненко.

Обозреватель «Литературной газеты» Александр Вислов отозвался об этой постановке более чем благосклонно: «Наверное, именно такой – ну или почти такой – предстала «Женитьба Белугина», одна из самых репертуарных отечественных комедий при своём самом первом явлении почтеннейшей публике, а именно 26 декабря 1877 года, на подмостках Императорского Малого в бенефис актрисы Никулиной… <…> В пику главенствующему сегодня на нашем театре режиссёрскому самовыражению здесь ничего не отвлекает от главного. <…> …каждый из артистов не только не проявил сколько-нибудь нервности и не показался сухим, но произвёл истинно глубокое впечатление. Безукоризненность – возможно, будет в данном случае слишком сильное слово, но в том, что «дух и буква» Островского торжествуют на мхатовской сцене, нет положительно никаких сомнений».