В　«Современнике» играют Достоевского. Это не　просто «Бесы», а　«Бесы» в　интерпретации А.　Камю в　постановке Анджея Вайды. Ничего себе, закручено.

Хотя, что уж таить — сам роман «Бесы» в　первые годы своего существования казался таким закрученным, что его разгромили и　либералы, и　ультрарадикалы. Но　Клио — дама капризная. Как захочет　— так и　выйдет.

И　вот на　сцену «Современника» вышли несколько непривычные «Бесы». Они так остры социально, так заточены под реалии, что напоминают кинематограф с　его пристрастием к　деталям. Возможно, «Бесы» еще раз напомнят зрителю о　том, что Вайда　— прекрасный режиссер, умеющий добавить зрелищности.

На　сцене　— грязь и　рвань, неустроенность и　нечеткость. И　люди на　сцене　— словно сошедшие с　кадра-негатива, как-то по　кукольному передвигающиеся в　бытовых сценах, но　фанатичные в сцене убийства Лизы.

Нервы обнажены у　режиссера　— это заметно с　первых моментов спектакля, когда напряженный и　бездушный при этом Ставрогин рассказывает о　своем ужасном проступке, повлекшем самоубийство одиннадцатилетнего ребенка. Анджей Вайда вообще неравнодушен к　Достоевскому, только со　знаком плюс, в　отличие от　самого Федора Михайловича, поляков не　любившего.

С　течением действа нервы обнажаются и　у　зрителей. Внимание сосредотачивается так, что даже　те, кто знает «Бесов» от　«корки до　корки» невольно всматриваются в　предвкушении чего-то необычного.

Актеры в　спектакле просто великолепны. Ставрогин Владислава Ветрова　— точь-в-точь отвечает описанию Достоевского. Игорь Кваша　— настоящий либерал и　западник Степан Верховенский. Добрая и　сердечная Лебядкина, которую роскошно сыграла Елена Плаксина
 нервическая Лиза Марины Александровой.